- Помни о Великой реке. Отсюда мы начнем свой путь к ней... Доверься мне. Ты увидишь новый мир! Я тоже когда-то покинул родину, ибо меня вел дух поиска. Я одолел непроходимый лес и Снежные горы и достиг берега Кива... Меня схватили темнокожие люди с каноэ, стоявшего в бухточке. Так я очутился в Гавайиде. Потом был продан жрецам Нан-Мадола. Стал ученым жрецом - спустя двадцать лет!.. - Ваахоа понизил голос, искоса глядя на Туои, стоявшего поодаль. - Меня ценит Верховный жрец Нан-Мадола. Но боль в душе, тоска не дают мне спать. Я думаю о Пинтоде, он еще жив, я чувствую это! И упорно ждет сына. Я не знаю Кивы и один не доберусь до Великой реки. Помоги мне!..

- Что получу я взамен? - прервал жреца Тангол, хотя уже знал теперь, ради чего стремился к Великой реке.

- Что?.. Мой отец Пинтод поведает тебе о чуде. В дни ею молодости в лес упала Серебряная Птица. На ней прилетел бог света!.. Пинтод знает место и укажет его тебе. Разве этого мало?

Тангол едва не вскрикнул. Слова жреца были словно дурманящий сок гутиры. "Найди Пинтода, о Тангол, - сказал Голос в подсознании. - Значит, он видел мою капсулу? Он знает место приземления..."

Жрец понял, что убедил Тангола.

- Я дал сигнал на берег, - тихо сказал Ваахоа. Он разжал пальцы - блеснуло зеркало из нефрита. - Ночью подплывет Ватеа, лоцман. Видишь ту бухточку? Он ждет... Я знаю, о чем ты думаешь. Забудь о Тумунуи! Смири сердце, откажись от мести. Да, он плохой человек, убил отца. Но что изменит твоя месть?

- Юкс... ты прав, - вздохнул Тангол. - Надо забыть все.

Старый Момо с удивлением выслушал приказ лечь в дрейф. Но не сказал ни слова и взялся за рулевое весло. На корму тут же пришел встревоженный Туои.

- Почему поворачиваем? Надо подойти ближе. Сын Солнца велел мне запомнить все укрепления Нан-Мадола.

- Слышишь, как ревет прибой на рифах? - снисходительно ответил Тангол. - Я боюсь в сумерках разбить каноэ... Подождем до утра!